2021: Борьба верующих за церковные здания в России. Практические примеры

Если предполагать, что здания, в которых совершались богослужения, безотносительно принадлежности к конфессиональной сущности - церкви, по сути, являлись молельными домами, свидетельствующими о присутствии бога, продажа такой недвижимости может содержать признаки преступления, определяемого оскорблением чувств верующих. Мы знаем теперь, как продаются «церковные» объекты. Каждый случай, как правило, вызывает большой общественный резонанс и протесты верующих, прихожан, как минимум – вызывает вопросы. Ну, еще бы… Люди десятилетиями ходили в храм, в поколениях крестили и отпевали родственников, слышали благую весть, и тут «на тебе» – «святое» намоленное место продано. Людей можно понять. Продавать свою собственность можно. Покупать тоже может – кто пожелает, и имеет на то средства, в том числе в формате аукциона при спорном случае. Понятно, что нравственная сторона у продавца связанных с отправлением религиозных обрядов помещений ущербна. Но юридически сие, в соответствии с известными фактами, ненаказуемо. В Европе есть практика продажи церковных зданий под иные цели. Причем возможные иски прихожан о возмещении использованных (новым собственником) нецелевым способом средств - с юридической стороны дело пустое. О подобных случаях, касающихся бывшего имущества РПЦ, в том числе старинных объектов, написано и сказано много, к примеру, тут (новости декабря 2020 г.): https://yandex.ru/video/preview/?text=%D0%BA%D0%B0%D0%BA+%D1%86%D0%B5%D1%80%D0%BA%D0%B2%D0%B8+%D0%BF%D1%80%D0%BE%D0%B4%D0%B0%D1%8E%D1%82+%D0%B8%D0%BC%D1%83%D1%89%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%BE&path=wizard&parent-reqid=1636992953047172-12585933282239437941-sas2-0116-sas-l7-balancer-8080-BAL-3657&wiz_type=v4thumbs&filmId=2781255906456000960&url=http%3A%2F%2Ffrontend.vh.yandex.ru%2Fplayer%2F556206213642051586

Фактически житель столицы приобрел такой объект культурного наследия регионального значения православный храм XIX века за 186000 рублей. Некоторые эксперты считают, что окончательная цена вдвое ниже реальной стоимости. И может его продать вновь.

https://yandex.ru/video/preview/?text=%D0%BA%D0%B0%D0%BA%20%D1%86%D0%B5%D1%80%D0%BA%D0%B2%D0%B8%20%D0%BF%D1%80%D0%BE%D0%B4%D0%B0%D1%8E%D1%82%20%D0%B8%D0%BC%D1%83%D1%89%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%BE&path=wizard&parent-reqid=1636992953047172-12585933282239437941-sas2-0116-sas-l7-balancer-8080-BAL-3657&wiz_type=v4thumbs&filmId=5885717919337494908

Но кроме эмоций и вполне понятной по-человечески экспрессии, свойственной людям в обсуждениях, когда им субъективно представляется нарушением справедливого подхода некие события или действия иных лиц, имеет значение юридическая сторона дела. В правовом поле продавать такие объекты можно, но не манкируя условиями определенного регламента. Препятствовать сему тоже можно – путем информирования граждан, создания и доведения общественного мнения (чиновник работает для граждан, а не наоборот) до представителей администраций разного уровня. История знает немало случаев, когда общественное мнение останавливало и не такие прожекты.

Сложные вопросы есть, особенно когда речь идет о создании/постройке новых зданий. Они могут быть зарегистрированы на физическое лицо, как объект собственности. Но практика такова, в том числе в виду многочисленных споров, которые возникают со временем использования объектов, что от частного лица может быть затруднительно получить тот же объект снова в собственность религиозной организации, из-за нежелания старого собственника – такое случается все чаще. Еще один камень преткновения – особенности обременения традиционной «церковной» собственности. Если недвижимость (в т.ч. комплекс зданий) признан объектом культурного наследия, музейным объектом, его продажа возможна только с обременением, то есть новый собственник (по договору) обязуется соблюдать конкретные условия – содержания, благоустройства, иногда ремонт и т.д. Причем есть различия в статусах объекта культурного значения – регионального или федерального. С экономической точки религиозная организация представляет корпорацию – чем больше традиционного влияния в социальных стратах и «близость» к власти – тем бОльшую - объединившую под единым названием десятки, сотни и тысячи самостоятельных или полусамостоятельных агентов. О «полусамостоятельности» сказано выше: собственниками недвижимого церковного имущества является приход, религиозная организация, в том числе монастырь, или частное лицо, к примеру, священник или пастор, но им также может быть и любое физическое лицо. На практике в отличии от общественных организаций, каждый приход регистрируется как отдельное юридическое лицо или даже НКО религиозного направления с собственными уставными задачами.

РПЦ в России не единственная «церковь»

Да, не единственная церковь, но на ее примере весьма показательно рассматривать общее положение дел. В правовом поле России образца 2021 года ни одна из конфессий, религиозных деноминаций не является главенствующей по отношении к другим. В этом вопросе налицо юридическое «равноправие». То, что РПЦ, как мы это видим на протяжении десятилетий, значительно развивается, говорит не столько о православных традициях в России, сколько о многоаспектной поддержке и даже политизированности со стороны государства. С 2009 года на территории России построили и восстановили более 5000 храмов, — эти цифры озвучивал на Архиерейском соборе патриарх Кирилл. Согласен с «политикой развития»: для развития нужно не истреблять/запрещать конкурентов, а распространять свое влияние шире; применительно к контексту не создавать невыносимые условия деятельности другим, отличным от РПЦ общинам верующих, а увеличить свое влияние на территориях – строить свои храмы. В этой связи у обывателя создается впечатление, что Русская православная церковь является главенствующей над остальными, действующими и зарегистрированными в правовом поле на территории страны религиозными организациями. Но это не так. Она всего лишь является формально многочисленной, «наполненной прихожанами», религиозной организацией на территории России. Наряду с РПЦ в России официально действуют большое количество христоцентричных конфессий. https://ru.abcdef.wiki/wiki/List_of_Christian_denominations_by_number_of_members . Конфессия основывается на вероисповедании, вполне конкретном религиозном учении, и объединения вокруг него верующих людей, придерживающихся установленных принципов и законов. В исповедании христоцентричной веры видно употребление разных, пусть и принципиально похожих, символов веры, на этой разнице образовались конфессии. Отсюда конфессия – синоним определенной формы религии. Таких конфессий только с численностью от 20 000 до нескольких миллионов человек (данные из Википедии) я насчитал 264. А есть еще церкви, где менее 20 000 заявленных членов. Сие пояснение необходимо для рассмотрения более глубокого вопроса – о имеющих места фактах продажи недвижимого церковного имущества, соответствующим образом зарегистрированного и (или) бывшего имущества религиозных организаций, которым уже владеют частные лица или иные нерелигиозные организации.

Правовое поле и практические примеры

С 3 октября 2021 года вступили в силу изменения и дополнения Федерального закона от 26.09.1997 N 125-ФЗ (ред. от 11.06.2021) «О свободе совести и о религиозных объединениях». Многое из того, о чем сообщено выше коррелирует с положениями статьи 21.1. «Распоряжение имуществом, находящимся в собственности религиозных организаций» (введена Федеральным законом от 30.03.2016 N 76-ФЗ), процитируем ее:

1. Сделки по распоряжению недвижимым имуществом, включая сделки, направленные на его отчуждение, приобретение, передачу его в аренду, безвозмездное пользование, а также договоры займа и кредитные договоры совершаются религиозной организацией с письменного согласия органа религиозной организации, уполномоченного уставом религиозной организации на письменное согласование таких сделок (уполномоченного органа религиозной организации). Сделка, совершенная без согласия уполномоченного органа религиозной организации, ничтожна. Требования о признании такой сделки недействительной и (или) о применении последствий ее недействительности могут предъявлять сторона сделки и (или) централизованная религиозная организация, в структуру которой входит религиозная организация, являющаяся стороной сделки.

2. Недвижимое имущество богослужебного назначения, включая объекты культурного наследия (памятники истории и культуры) народов Российской Федерации, находящееся в собственности религиозной организации, может в случаях, предусмотренных уставом религиозной организации, отчуждаться религиозной организацией исключительно в государственную или муниципальную собственность либо в собственность религиозной организации соответствующей конфессиональной принадлежности.

Ялтинское противостояние

Еще одна непростая история. 27 октября администрация города Ялты передала религиозной организации - Евангелическо-Лютеранской Церкви России в безвозмездное постоянное пользование церковь Святой Марии на ул. Чехова, 10.

Из истории: в 1874 г. Генеральный совет евангелическо-лютеранской консистории в Санкт-Петербурге по просьбе ялтинских лютеран обратился в Министерство внутренних дел Российской империи с заявкой на возведение церкви. Лютеранскую церковь Святой Марии построили в 1885 г. по проекту архитектора Шрайберана средства прихожан (собрано более 17 000 руб.), а также пожертвования высоких особ государства. Сооружение в неоготическом стиле расположено недалеко Набережной Ялты.

В Советское время церковь была закрыта, но здание сохранилось. Об этом уже много писали, но, к сожалению, ангажировано. 3 ноября 2021 года в группе соцсети «Вконтакте» «Доска позора Ялты» https://vk.com/doska_pozora_yalta размещен пост Виктора Фролова о «захвате» культурно-исторического памятника Ялты на ул. Чехова, 10.

Мы решили разобраться с этим, ибо уже 30 лет в здании проводятся богослужения и действует лютеранский приход.  Служит в нем пастор Владимир Викторович Эмрих. Нет сомнений, что В. Эмрих является ординированным пастором, и многолетней службой доказал свою компетенцию. Без разъяснения сложной истории вопроса велик риск, что общественное мнение будет введено в заблуждение. Ялтинские городские власти хорошо знают особенности истории, но делают вид, что не знают ничего.

Речь идет о местной религиозной организации «Евангелическо-лютеранская община Святой Марии Аугсбургского Вероисповедания», зарегистрированной в 1991 году. Община в то время (1992-1996 гг.) активно сотрудничала с разными лютеранскими церквями, но не входила ни в одну ассоциацию, несмотря на шаги, к тому направленные. Первые заметные расхождения во взглядах на дальнейшие «пути церковного роста» относятся к 1995 году, когда в Украине начали отделятся отделяться от центра лютеранские общины. Первые конфликты возникли в г. Львове. Интересна в этой связи история суперинтенданта Виктора Фридриховича Грефенштейна, который на Синоде снял с себя позолоченный крест, оставил свои полномочия и «вышел в отставку». Главными причинами расхождения во взглядах, в частности с Немецкой Евангелическо-лютеранской церковью Украины, послужило неприятие общинами либерального направление развития церкви и женского священства.

Евангелическо-лютеранская община Святой Марии Аугсбургского Вероисповедания (пастор Владимир Викторович Эмрих) в 1993 году получила право безвозмездного пользования помещениями храма по ул. Чехова, 10 в г. Ялте, признанным в официальном порядке памятником культурного наследия, тогда в составе Украины. Помещения были переданы по акту приема-передачи. В 1995 году к помещениям, переданным в безвозмездное постоянное пользование, прибавились еще два кабинета в здании, в котором на первом этаже постоянно проживают 6 семей. Все копии этих документов есть в распоряжении редакции. На том же основании были заключены договора на энергоснабжение и ЖКУ. По тому же договору город обязался предоставить общине земельный участок для строительства жилья – с целью расселения проживающих на первом этаже здания семей горожан.

С Немецкой Евангелическо-лютеранской церковью Украины многие общины не желали сотрудничать также из-за недоверия к ней, так как этой церковью допускалась передача храмов коммерсантам. Одним из современных примеров сего является пользование предпринимателями культового здания, расположенного в Симферополе на ул. Карла Маркса 27. Там находится тренажерный зал «Консоль-спорт» и здание бывшей церковной общины по тому же адресу. В пристройке - немецкая лютеранская кирха. Этот спортивный клуб ранее был задекларирован как объект недвижимости весьма респектабельным в Республике Крым человеком, занимающим высокий государственный пост. Наверное, таких примеров по стране много.

Наша справка. По состоянию на 2014 год в Крыму было 149 евангелическо-лютеранских общин, из них, в частности, в городах Судак, Симферополь, Евпатория, Феодосия и др., многие имели культовые здания в собственности или в пользовании.

В Ялте была возможность решить вопрос отселения жильцов первого этажа храма, но тюменская фирма, не желающая подпадать под санкции правительства Украины против учреждений, признающих и оказывающих помощь в Республике Крым на «оккупированных территориях», от контракта с общиной Эмриха отказалась. Расселения первого этажа объекта на ул. Чехова, 10 приостановили.

В 2014 году в связи с изменениями юрисдикции община переоформляет устав. Первая попытка выселения общины Эмриха была предпринята властями г. Ялта в 2006 году. Как утверждает Владимир, были разговоры о возможной последующей продаже здания. Основание – у общины, якобы, нет договора с ялтинским горисполкомом, несмотря на документ 1993 и 1995 года о передаче общине в безвозмездное постоянное пользование того же здания. Однако, в суде община Эмриха успешно защитила права общины на пользование помещениями храма на ул. Чехова, 10.

13.11.2013 г. в апелляционной инстанции община легитимно и юридически безупречно снова отстояла свое право. То, что оппоненты Эмриха и общины прихода Св. Марии в Ялте называют «грязные схемы», «обманные действия» и «выставили на улицу»: «После окончания реставрации и наполнения церкви церковным имуществом на средства партнёрской Церкви Баварии, Владимир Эмрих, самовольно провозгласивший себя пастором, используя различные грязные схемы и обманные действия, введя в заблуждение представителей руководства города, зарегистрировал автономную общину и выгнал общину НЕЛЦУ на улицу» - не соответствуют действительности и являются выдумкой. Равно как сообщения о том, что «их Церковь все прошлые десятилетия боролась за право проводить богослужения в своем храме, но часто на стороне Эмриха был административный ресурс». После очередного решения 2012-2013 гг. здание церкви должно было быть передано НЕЛЦУ, но ввиду событий 2014 г.* процесс приостановился», сообщает https://irp.news/evangelichesko-ljuteranskaja-cerkov-o-hrame-v-jalte-intervju-2/

В соответствии с новым уставом община в установленном порядке зарегистрирована Министерством Юстиции Республики Крым как «Евангелическо-лютеранская община Святой Марии Аугсбургского Вероисповедания». По решению прихода в заявительском порядке община входит в состав Евангелическо-лютеранской Церкви Ингрии на территории России. По состоянию на 22 ноября на сайте ЕЛЦИ община до сих пор числится как «Аугсбургского Вероисповедания» и фактически под опекой Церкви Ингрии.

В октябре 2021 г.  Администрация г. Ялты приняла решение о передаче помещения храма Св. Марии другой религиозной организации - Централизованной религиозной организации Евангелическо-Лютеранской Церкви Европейской части России. Тем самым были грубо нарушены положения действующего законодательства, в частности пункта 5 статьи 3, части 5 пункта 1 статьи 8 Федерального закона от 30 ноября 2010 г. N 327-ФЗ «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности», которые содержат прямой запрет передавать помещения религиозного назначения какой-либо религиозной организации, которыми уже пользуется другая религиозная организация.

Уведомлений о прекращении права пользования и требований освободить помещениями храма община от администрации г. Ялты не получала, да и оснований для прекращения права пользования не имеется. Согласно ст. 12  Федерального конституционного закона от 21.03.2014 N 6-ФКЗ (ред. от 01.07.2021) "О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов - Республики Крым и города федерального значения Севастополя" после принятия Республики Крым в состав Российской Федерации действуют документы, в том числе подтверждающие право пользования, выданные государственными и иными официальными органами Украины, Автономной Республики Крым без ограничения срока их действия и какого-либо подтверждения со стороны государственных органов Российской Федерации. Такими действиями администрация г. Ялты способствовала разжиганию вражды между религиозными общинами и своей ангажированностью и (или) недомыслием спровоцировала ряд осложнений.

30.10.2021 в здание общины пришли пять человек, и взломали замки. В адрес представителей общины и пастора слышались вполне конкретные оскорбления. Настоятель общины Эмрих вызвал полицию. Ему и всем присутствующим, включая оппонентов, разъяснили, что при наличии соответствующих документов, решений, процесс выселения/передачи имущества проходит по конкретному регламенту, определенному законом. Предварительно «старых собственников» и «пользователей» уведомляют о плане мероприятий. При исполнении решений органов государственной власти присутствуют сотрудники правоохранительных органов, в том числе при исполнении судебных решений – сотрудники ССПИ. На деле было иначе. До прибытия сотрудников полиции, вызванных Эмрихом, его сопровождал – «вел» по городу по магазинам, аптеке, местам общего пользованиями, представитель «нового собственника». Затем, под угрозой применения наручников – в случае отказа подчиниться законному требованию сотрудника полиции, Эмриха усадили в служебный автомобиль и доставили – для проверки личности – в отделение полиции в пгт. Ливадия. 31 октября в день Реформации богослужения не проводили из-за введенных ограничений, связанных с распространением инфекции Ковид.

3.11.2021 община Эмриха подает заявление в Арбитражный суд Республики Крым, который принимает его к производству. В то же время поданы заявления в прокуратуру и правоохранительные органы.

А то, что произошло в четверг 11 ноября 2021 г. шокировало не только членов общины, но и ялтинцев. В этот день были взломаны замки храма Святой Марии группой, состоящей из майора полиции, представителя администрации г. Ялты и людьми, представляющими интересы епископа Брауэра. Прибывшие на место члены лютеранской общины и настоятель храма пастор Эмрих не могли понять, на каком основании они тут. Более того настоятелю Эмриху так и не удосужились представиться, показать свои документы, - кто они? Рустем, называющий себя пастором, отказался назвать даже свою фамилию.

В публикации «Вконтакте» ответ представителя администрации (в том же паблике) свидетельствует, что факт такой был, и не оспаривается. Но, понятно, что дело ангажировано. Ответ администрации таков: «Добрый день. Здание кирхи, расположенное по адресу: г. Ялта, ул. Чехова, 10, находится в муниципальной собственности города Ялта. В октябре 2021 года в адрес Администрации города Ялта поступило заявление от Евангелическо-лютеранской церкви европейской части России на предоставление помещения кирхи в безвозмездное пользование с целью проведения богослужения Ялтинской общиной этой церкви. Других заявлений на получение в пользование муниципального имущества не поступало. В октябре 2021 между Департаментом имущественных и земельных отношений Администрации города Ялта и евангелическо-лютеранской церковью европейской части России заключен договор безвозмездного пользования муниципальным имуществом. С уважением, администрация города Ялта».

Проблема в том, что, администрация обошла вниманием тот факт, что помещения храма Святой Марии уже находятся в пользовании лютеранской общины Святой Марии с 1993 г. Действия администрации представляются юридически не обоснованными. В действиях чиновников усматривается факт нарушения процедуры/регламента в части заключения в октябре 2021 года договора между Департаментом имущественных и земельных отношений администрации г. Ялта и Евангелическо- лютеранской церковью европейской части России. Администрация г. Ялта действует с грубым нарушением закона, в деле проглядывается коррупционная составляющая: уличить ее можно грамотным общественным «вниманием» к проблеме, фактами о том, что администрацией нарушен порядок при передаче помещений храма посторонней религиозной организации.

Тем более, что многочисленными судебными решениями подтверждено, что община Святой Марии приобрела право безвозмездного пользования частью культового строения в установленном законом порядке, и это право (правовой титул) принадлежит ей на основании Закона, как это было предусмотрено статьей 398 ГК Украины, а также предусмотрено абзацем 2 пункта 1 статьи 8 ГК Российской Федерации, ст. 277 ГК РФ и ст. 22 Федерального закона от 26.09.1997 г. № 125-ФЗ «О свободе совести и религиозных организациях». При этом предельный срок пользования не установлен.

Теперь на ситуацию может повлиять общественное мнение. Что касается нецелевого или бездуховного использования имущества с символами церкви и веры, то в этом мире, к сожалению, не происходит сверхъестественного: если выпускаются и используются по бытовому назначению пепельницы с распятием Иисуса Христа (как ранее – описано в частности у Я. Гашека «Приключение бравого солдата Швейка во время мировой войны» в эпизоде с аудитором Руллером, так и теперь), бытует «женское священство», чему удивляемся, когда по той же аналогии может быть использовано бывшее имущество церкви, распродаваемое самой религиозной организацией, как в Новосаратовке под Петербургом, где фигурирует все та же евангелическо-лютеранская церковь с архиепископом Д. Брауэром. Он рукополагает в священный сан женщин, что противоречит Библии. Это обстоятельство и вынуждает другие лютеранские церкви дистанцироваться от возглавляемого им церковного объединения. Между тем, при его содействии происходит разложение основ лютеранского вероисповедания в стране. Так, по примеру церквей в Германии, женщины венчают пары и во всю крестят людей. Подобное проявляется и в Украине, и в России, что раздражает многоконфессиональное население.

Продажа здания семинарии в Новосаратовке

На сайте ЦИАН по продаже недвижимости появилось объявление, что комплекс зданий в т.ч. бывшая церковь Св. Екатерины, где совершались богослужения, в д. Новосаратовка, Всеволожского района, Ленинградской области выставлен на продажу. Цена лота, куда по документам входят котельная, теологическая семинария и административное здание с мансардой (комплекс зданий) - 68 млн. рублей. Назначение: земли населенных пунктов для строительства зданий и помещений. Право собственности зарегистрировано 17 апреля 2020 года. Покупатель уже найден. Деревню, названную в память Саратова, где немецкие колонисты в XVI-XIX вв. освоили большую территорию и хозяйствовали традиционно-компактно, неоднократно переименовывали, впрочем, корень слова «Саратов» оставался. Уникальное религиозное значение местности в д. Новосаратовка в исторической ретроспективе не вызывает сомнений. При поддержке Императрицы Екатерины деревянная церковь перестроена в каменную. Однако, в документах Росреестра здание бывшей семинарии и «административное здание с мансардой» числится как принадлежащее Централизованной Религиозной Организации «Евангелическо-Лютеранская Церковь России» город Санкт-Петербург, Невский проспект, 22-24 https://www.elkras.ru/ , куда входит и Петрикирхе https://petrikirche.ru/ - она же «Местная Религиозная Организация «Немецкая Евангелическо-Лютеранская Община Св. Анны и Св. Петра Евангелическо-Лютеранской Церкви». ИНН 7808015716 соответствует Централизованной религиозной организации «Евангелическая-лютеранская церковь России», архиепископ Брауэр Дитрих Борисович (ИНН 772852236645), он же является учредителем еще двух организаций, в том числе Петрикирхе. Документального признания этого «с мансардой» объектом культурного наследия не произошло. Поэтому здание с мансардой может быть отчуждено «классическим» способом – продано, подарено, снесено и перестроено по согласованию с ГИОП. А вместе с ним и 1 Га земли «населенных пунктов».

Проблема в том, что некоторые прихожане эмоционально, и с болью в сердце, что вполне можно понять, восприняли информацию о продаже административного здания семинарии в комплексе зданий церкви Св. Екатерины. Также с негодованием событие воспринимают в дружественных церквях, ведь многие действующие пасторы, даже из других христоцентричных конфессий, учились в семинарии в Новосаратовке. Люди болеют за эту недвижимость душой, им важна память и традиции, а потому проводят собственные расследования и выкладывают их в сеть: https://www.youtube.com/watch?v=LDUs9edhKVI  и https://youtu.be/jMlIclI3O-Y Этому событию посвятил сюжет канал «Взгляд с Небесной». Право, тут есть на что посмотреть, в том числе в части экспертных комментариев.

Со стороны юридической экспертизы дело отчуждения недвижимости, принадлежащей ЦРО «Евангелическо-Лютеранская Церковь России» вполне в правовом поле. Выше мы рассмотрели выдержку из федерального закона, изменения к которому вступили в силу 3 октября 2021 года. В этой части недвижимое имущество религиозной организации нельзя было бы продать постороннему лицу или организации, если документально имущество позиционируется как богослужебного назначения, включая объекты культурного наследия (памятники истории и культуры) народов Российской Федерации, находящееся в собственности религиозной организации. Такое имущество в соответствии с уставом религиозной организации, может отчуждаться религиозной организацией исключительно в государственную или муниципальную собственность либо в собственность религиозной организации соответствующей конфессиональной принадлежности. Однако, указанные здания документально такими объектами не являются. И мы пришли к тому, с чего начали (см. первый абзац): нравственная сторона у продавца помещений ущербна. А недомыслие продавца сопоставимо с масштабом всей галактики. Вот и получается, что «пока не умрем – не будем свободны» от глупости тех, кто видит в последующей судьбе традиционно церковного имущества только материальный смысл.

Продажа бывшей церковной недвижимости, где совершались богослужения, в современных реалиях гедонистического общества, ориентированного на удовольствия и потребление, это потеря имущества навсегда. В век, когда материальное нередко преобладает на духовным, нет иного выхода кроме консолидации усилий религиозных конфессий, покупки таких объектов религиозными организациями, привлечения к событиям общественного мнения (иногда это помогает), и упования на мудрость божью, дарованную людям, принимающим решения. Возможно, уместным перспективным решением является предусмотрительная и неноминальная активность прихожан и приходских советов в таких вопросах: ибо много проще было признать здание объектом культурного наследия, введя соответствующее обременение при продаже, чем теперь «исправлять ситуацию». Либо в религиозной организации должен быть отдел, контролирующий подобные вопросы. Но работу таких специалистов придется оплачивать. Однако, этого сделано не было. Теперь на ситуацию может повлиять только общественное мнение. Что касается нецелевого или бездуховного использования имущества с символами церкви и веры, то в этом мире, к сожалению, не происходит сверхъестественного: если выпускаются и используются по бытовому назначению пепельницы с распятием Иисуса Христа (как ранее – описано в частности у Я. Гашка «Приключение бравого солдата Швейка во время мировой войны» в эпизоде с аудитором Руллером, так и теперь), то чему удивляемся, когда по той же аналогии может быть использовано бывшее имущество церкви, распродаваемое самой религиозной организацией.

Формирование бюджета церкви

Экономика религиозной организации непрозрачна. Некое подобие «дома быта»: прихожане отдают деньги за услугу (условное понятие), а как распределяется доход обычно никто не интересуется. Разумеется, в приходах учет ведется, полученные деньги подсчитываются, и отчеты пишутся, затем распределяются, такие вопросы могут быть подняты в том числе на очередном Синоде. Но сами пастыри точно не распределяют собранные ими деньги. Религиозная организация на примере РПЦ не объявляет тендеры и не фигурирует на сайте госзакупок. Поэтому отследить доходы затруднительно – ситуация непрозрачная как в РПЦ, так и в других религиозных организациях, и по понятным причинам сей тонкий вопрос обсуждают неохотно. Архиепископ Климент в интервью журналу «Коммерсантъ-Деньги» разъяснил из чего складывается церковная экономика: «5% бюджета патриархии — отчисления епархий, 40% — спонсорские пожертвования, 55% приходится на заработок коммерческих предприятий РПЦ». Доходы церкви за проведение обрядов и церемоний не подлежат налогообложению, не облагаются налогом, и поступления от продажи религиозной литературы, пожертвования. Подробнее в журналистском расследовании РБК: https://www.rbc.ru/investigation/society/24/02/2016/56c84fd49a7947ecbff1473d

Относительно большая доля расходов - содержание персонала и центрального аппарата - отделы финансируются из церковного бюджета, духовных образовательных учреждений – семинарий и институтов, готовящих кадры для церкви. Отдельная статья - благотворительную помощь сиротским и социальным учреждениям, есть и такие. Зарплата персоналу вовсе не маленькая – от 40 тыс. росс. рублей в месяц. Раскрывать доходы представители любой церкви не любят, вне зависимости от конфессиональной принадлежности, применяя и такой аргумент «абсолютно понятно, на что церковь тратит деньги — на церковные нужды». До тех пор, пока прихожане и совет прихода с этим согласны, проблем нет.

Надо полагать, бюджет любой современной религиозной организаций строится по тому же принципу, с некоторыми изменениями и соответствующими особенностями, традиционными связями и др. факторами. Там же сказано, что «для путешествия в Латинскую Америку патриарх и примерно сто человек сопровождения пользовались самолетом Ил-96-300 с бортовым номером RA-96018, который эксплуатирует Специальный летный отряд «Россия». Это авиапредприятие подчиняется управлению делами президента и обслуживает первых лиц государства», что несомненно подтверждает условно государственную поддержку РПЦ, относительно других христоцентричных деноминаций в России, которым самолеты авиапредприятия управления делами президента не предоставляются никаким образом. Там же сказано, что «власти предоставляют главе РПЦ не только авиатранспорт: указ о выделении патриарху госохраны стал одним из первых решений президента Владимира Путина. Три из четырех резиденций — в Чистом переулке Москвы, Даниловом монастыре и Переделкино — предоставлены церкви государством». Есть и другие факты в объемах, превышающих возможности настоящей статьи. Таким образом, вопрос об условном перекосе равноправного внимания государства к религиозным организациям в России, при том, что церковь формально от государства отделена, остается открытым.

Мне могут возразить, мол, на федеральном уровне внимание ко всем религиозным организациям равное и применят аргумент – действующий федеральный закон 2010 года «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения». Сиречь Федеральный закон от 30 ноября 2010 г. N 327-ФЗ «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности» (с изменениями и дополнениями), с его НПА уместно ознакомиться самостоятельно, к примеру, тут: https://base.garant.ru/12180712/ По сему закону, администрации на местах получили право и регламент передачи (важно – в заявительском порядке) недвижимого имущества даже с прилегающими земельными участками. Законодателем предполагается, что логичный вопрос – кому именно передавать здания из муниципальной или госсобственности разрешается относительно просто: религиозная организация обращается в Администрацию (по территориальности нахождения объекта) с обоснованным заявлением, обоснования – в исторической и фактически подтвержденной традиции и пользования имуществом в прошлые годы, вплоть до экскурса религиозных традиций и фактов богослужений в конкретном здании - в веках. Администрация, как правило, удовлетворяет такое заявление, конкурсных процедур для сего не предусмотрено, спорные же случаи, когда на недвижимое имущество претендуют сразу несколько религиозных организаций, решаются специально создаваемыми комиссиями, а при возникновении неистребляемых противоречий – в суде. Примеров действия федерального закона много по всей стране. Так, в 2013-2014 гг. в собственность Евангелическо-лютеранской церкви Ингрии был передан (с прилегающим земельным участком и комплексом зданий) Кафедральный Собор Св. Марии, что в Петербурге, на ул. Конюшенная, 8А. Основанием послужило соответствующее заявление и решение Правительства Санкт-Петербурга. До этого времени комплекс зданий был закреплен в муниципальной собственности, а церковь только арендовала этот объект, разумеется, в формате безвозмездного пользования.

Что касается объектов недвижимости государственной собственности, то их Росимущество передает двумя способами — в собственность или по договору безвозмездного пользования. Религиозные организации (если не принимают в собственность) выбирают удобную форму безвозмездного пользования, и в ней есть смысл сермяжной, кондовой и домотканной правды: можно пользоваться государственным финансированием и рассчитывать на субсидии на восстановление и содержание храмов. Если же имущество принимается в собственность и регистрируется, вся ответственность переходит к новому собственнику, и тут уже не до субсидий и иного государственного вспоможения, оно возможно, но уже по другим целевым основаниям. Если комплекс церковных зданий не в собственности религиозной организации и (или) частного лица, следовательно, его содержит государство, а приход пользуется правом безвозмездного пользования. Это тоже определенного сорта зависимость. Поэтому государство может выделять средства на развитие духовно-просветительских центров по федеральной программе «Укрепление единства российской нации и этнокультурное развитие народов России» или, к примеру, такая небезупречная программа, как «Культура России». Но тут и далее мы имеем открытый и ключевой вопрос – как распределяются средства – кого и по каким «избранным» критериям выбирают чиновники, с учетом того, что религиозных организаций в стране немало?

Comments